Тема деревни в произведениях Пелагея ФА Абрамова и Знак.

Тема деревни в произведениях Пелагея ФА Абрамова и Знак беды ВВ Быкова



В современной прозе тема деревни раскрыта не очень широко. Авторы в основном акцентируют внимание на отдельных личностях. Это хорошо видно в произведениях "Пелагея" Ф.А. Абрамова и "Знак беды" В.В. Быкова.
В обоих произведениях показаны противоположные характеры, однако в "Пелагее" характер Павла (противоположный характеру П.) покти не раскрыт. Вероятно потому, что главной целью автора было показать героиню произведения со всех сторон: решительную, умную, стойкую, властную, душевно добрую и в то же время не в меру честолюбивую и эгоистичную.

********************************************************************

АМОСОВА Пелагея Прокопьевиа треть жизни своей голодала. В 1933 году у нее "померли отец и брат с голодухи". В войну тоже было не лучше. А после войны на ее глазах зачах ее сын, первенец, потому что у П. "начисто пересохли груди". С той поры поняла П цену "тряпки" - это товар, на который можно было обменять кусок хлеба. И начала она загребать мануфактуру обеими руками, потому что знала: "не ситец, не шелк в сундуки складывает, а саму жизнь. Сытные дни про запас. Для дочери, для мужа, для себя.
Еще в молодости она отличалась сильным и решительным характером. И Павел, хоть и из хорошей семьи (по старым временам у Амосовых первое житье на деревне считалось), а робок был, сразу ей подчинился. Провожая мужа на войну - а было ей тогда девятнадцать лет - П. сказала: "На меня надейся. Никому не расчесывать моих волос, кроме тебя". И как сказала, так и сделала: за всю войну ни разу не переступила порог клуба. Сестра Павла Анисья, не отличавшаяся такой женской крепостью, очень уважала П.
До 1947 года П. работала на скотном дворе. "Руки выворачивали на этой дойке. А холод-то? А дождь? А каково это каждый день два раза мерить дорогу - от деревни до Сурги и от Сурги до деревни? Грязь страшенная, до колена, -и где уж тут присесть на телегу? Хоть бы бидоны-то с молоком лошадь вытащила". И вот от нужды, от тяжести, стремясь к новой жизни, одолев всех, П. устроилась в 1947 году на пекарню. Сделала она это через Олешу-рабочкома.
Увидал ее Олеша у открытого окошка за расчесыванием волос. "Ты как золотой волной накрывшись. Искры от тебя летят". И лапу запусти в волосы. А волосы и вправду у нее были особенные - однажды: на "вечерянке" знакомый парень протащил ее за волосы от окошка до лавки - проверял, выдержат ли. Из бани выйдет - не знает, как и расчесать, зубья летят у гребня. А в школе учитель все электричество на ее волосах показывал. Недели через полторы-две Олеша подстерег ее за полосканием белья на речке, П. ему пригрозила. И в третий раз они встретились опять у речки, и снова Олеша стал просить ее снять платок, показать волосы, хоть за деньги. "А вот устрой пекарихой за рекой - без денег покажу". - Как уж ей тогда пришло это на ум, она не могла бы объяснить. Олеша ее слова принял всерьез, и П. шаловливо прискинула платок - "дьявол, наверно, толкнул ее в бок". И Олеша совсем ошалел: "Ежели дашь мне выспаться на твоих волосах, вот те Бог - через неделю сделаю пекарихой. Я не шучу" -"А и я не шучу", - ответила
П. Через неделю она стала пекарихой. Олеша вырвал ее со скотного двора, все преграды вокруг разрушил - вот как закружило человека. Но и она сдержала слово - в первый же день на ночь осталась на пекарне. Но под утро посоветовала Олеше забыть о ее волосах. И предупредила: "Я кусачая..."
В этом произведении героиня не идеализирована: явно показано ее стремление к красивой жизни, любыми средствами даже такими (см. выше).

Олешу она забыла ("не для услады, не для потехи переспала она с чужим мужиком"(но даже это ее не оправдывает)). Беспокоил ее Павел: он ничем не выдал себя, только, говоря в тот день о бане, скосил в сторону глаза и посоветовал ей идти в первый жар (в этом эпизоде отчасти показан характер Павла (кроткий склонный все прощать): он видимо догадывался что произошло, но виду не подал. Но П. поняла его мимику и раскаялась в совершенном.). И в то утро она два березовых веника исхлестала о себя. Но подозрение живет в П.: не Олешина ли дочь ее Алька? - очень уж шальная у девчонки кровь... П., устроившись на пекарню, бросила вызов всем: председателю колхоза, который не) отдавал свою лучшую доярку (плохо П. работать не умела), колхозникам ("Это за каки таки заслуги такие корма Палаге ?"), Дуньке-пекарихе и ее родне.
В этом же сорок седьмом году произошло одно из самых памятных событий в ее жизни - недостача. Насчитал ей ревизор Петр Иванович пять тысяч без мала. Что только не передумала тогда П., топиться хотела, наконец П. "не будь дурой" бух в ногу Петру Ивановичу: выручи, Петр Иванович. Не виновата. И сама буду век за тебя Бога молить, и детям накажу. И отыскались пять тысяч - это, оказывается, Петр Иванович урок молодой бухгалтерше преподносил, "чтоб носа не задирала". Но не только бухгалтерше этот урок был - поняла П., что даровой хлеб с пекарни ему нужен. Погрел он руки об нее, без булки белой за чай не садился. Зато в компанию свою ввел, с хорошими людьми за один стол поместил, на почетное место. Завелись тогда полезные знакомства - председатель сельсовета, колхозный председатель, Иван Федорович из райисполкома - и всех она выручала хлебом, зато и ей продавцы на дом приносили товары.

Три года назад и Алька стала показывать норов - П. застала ее, тогда пятиклассницу, целующейся с молодым зоотехником. Зоотехника заслали в самую распродальную дыру в районе - в силе П. тогда была.
И сила эта была от ее работы, от отношения П. к ней . Чего только не делала П., чтоб хлеб был духовитее - воду брала на пробу из разных колодцев, дрова выбирала смоляные, чтоб без сажи, муку требовала первый сорт, а насчет помела и говорить нечего - все перепробовала, и сосну, и елку, и вереск. Только что вынутую из печи буханку П. смазывала постным маслом на сахаре - уж на это не скупилась. Тогда буханку любо в руки взять. "Смеется да ластится. Сама в рот просится".
В пекарне у П. чистота, там она любила чаевничать. Это были самые приятные минуты в ее жизни. Но до этого - надо растопить печь на пекарне (это после своей, домашней), поднять тридцать ведер воды, налить сто буханок черного да семьдесят белого, а главное, жариться у печки. После работы П. с тяжелой сумкой хлеба и неподъемным ведром помоев для поросенка шла домой, обязательно делая отдых у мостков через озеро. Ее встречал муж. Дома она сразу ложилась на голый крашеный пол, потому что он хорошо вытягивал жар из тела. Потом П. долго пила чай из самовара, "пять чашек крепкого чаю без сахара - пустым чаем скорее зальешь жар внутри". Иногда думала П. о помощнице, но ведь тогда помои пожиже и зарплата поменьше будут. Так и маялась до болезни мужа, когда заступила Алька на ее место.
Характер П. проявился не только в отношении к работе.