Новости Словари Конкурсы Бесплатные SMS Знакомства Подари звезду
В нашей
базе уже
59876
рефератов!
Логин

Пароль

Мифологические истоки научной рациональности

Мифологические истоки научной рациональности.
Мифологические истоки научной рациональности Мифологические истоки научной рациональности




Тема данной статьи — становление первичных структур рационального мышления
в античной философии и науке. Хотя предмет исследования, как показывает
само название, напрямую связан с историей, главная ее цель — обсудить
общетеоретическую проблему: возможно ли вообще становление рациональности в
лоне мифологической структуры мышления. Обращение к такой деликатной и
неоднозначно трактуемой проблеме предполагает, конечно, некоторую
методологию, которую я по возможности кратко попытаюсь здесь обозначить.
Начать, по-видимому, следует с экспликации самого понятия «тип научной
рациональности»[1]. Какую смысловую нагрузку несет этот термин, особенно
если учесть контекст, в котором он употребляется в современных философских
дискуссиях? Ясно лишь одно: рациональность, а тем самым ее формы должны
иметь какое-то отношение к науке. Но в таком случае требуется определить,
что есть наука.
При экспликации понятия «наука» не следует смешивать два совершенно
различных смысла. Во-первых, то, что понимается под наукой в современной
методологии науки, и, во-вторых, то, что понималось или называлось «наукой»
в различные периоды истории цивилизации.
Представление о науке (во втором смысле) исторически изменялось. Слово
«наука» долгое время обозначало знания вообще или просто знание о чем-то.
Продолжительное время понятие «наука» применялось к способу знания,
характеризуемому системой дискурсивного мышления. Астрология, алхимия,
которые сегодня невозможно отнести к науке, в течение долгого времени
признавались таковыми (в отношении астрологии особо поучителен пример
Кеплера). В Средние века теология была неоспоримой царицей наук. В эпоху
Декарта и Лейбница метафизика была фундаментом наук и первой из наук.
Если за науку принять то, что выдавали за нее ученые разных эпох, то мы
рискуем потерять предмет истории той или иной науки. Например, Пьер Рамус в
середине XVI в. определил предмет физики как изучение прежде всего неба,
затем метеоритов, минералов, растений, животных и человека. Даже в XVIII в.
физика оставалась еще единой наукой, в рамках которой четко не разделялись
неорганическая и органическая области.
Если принять за отправную точку представление о науке ученых прошлых эпох,
то мы получим один смысл понятия «тип рациональности». В определенной
степени сюда включается методологическая и философская рефлексия о науке
наподобие того, что понимали под «эпистемой» Платон или Аристотель.
Но эту рефлексию все же не следует отождествлять с ее объектом. Ныне ведь
ясно, что большая часть подобных рефлексий всего лишь идеологемы, т. е.
ложные представления о реальной науке. Самый недавний пример тому — это
позитивистская философия науки с ее печально известным типом логико-
эмпирической рациональности.
Значит, если пойти по этому пути, то наша работа сведется к описанию
подобного рода идеологем. Тогда «тип рациональности» в истории науки
следует отождествить с соответствующими логико-философскими концепциями.
Но это так же неверно, как и то, если бы мы пытались уяснить
экономическую ситуацию в Англии XVIII в., идентифицируя ее с различными
политэкономическими учениями того времени. Современный историк найдет в них
лишь определенную форму экономического сознания и постарается показать, как
эта форма возникла и как она вообще стала возможной в эту эпоху. Он даже
найдет в этих учениях определенного рода отражение реальных экономических
отношений, хотя и в очень деформированном виде.
Таким образом, тему об исторических типах рациональности в науке можно,
конечно, раскрыть, описывая различного рода рефлексии Аристотеля, Платона,
Прокла, Гроссетеста, Бэкона, Декарта... Но, как нам представляется, это не
совсем тот путь, которому нужно следовать. Более приемлемым представляется
анализ того, как те или иные реальные особенности науки, т. е. сама
непосредственно научная деятельность и ее результаты (так называемые
«истины») находили рациональное отражение в рамках тех или иных философско-
методологических концепций.
«Тип рациональности» тогда будет означать определенную форму и степень
соответствия той или иной философско-эпистемологической идеологемы реальной
исторической ситуации в науке. Например, мы можем сравнить идеал построения
геометрии, который имели в виду Платон и Аристотель, с реализовавшейся
практикой геометров (например, с «Началами» Евклида).
Но тогда само понятие «реальной науки» задается уже современным
представлением о ней, т. е. нашей собственной методологией, степень
рациональности которой мы не в состоянии с достаточной точностью определить
в силу отсутствия исторической дистанции: мы просто живем в горизонте
принятой нами методологии.
Однако с позиции нашей собственной рефлексии мы можем критически
анализировать и выявлять те рациональные аспекты, которые заложены в
концепциях прошлого. Соотнося эти концепции не только с наукой в
собственном смысле (опять-таки в нашем понимании этого термина), но и с
культурой в целом, мы сумеем выявить определенные типы рационального
содержания этих концепций как специфические формы отражения бытия науки.
С другой стороны, обладая преимуществом ретроспективы, мы можем оценить
степень рационализации той или иной науки, изучая ее последовательные
этапы. (Подобной проблемой, как известно, занимался еще Огюст Конт,
предложивший теорию 3-х стадий развития науки как ступеней ее
рационализации.)
В данном случае речь может идти о начале (генезисе) той или иной науки, о
внешних и внутренних предпосылках ее становления, каковыми могут быть миф,
религия, магия, философия и т. п. Если мы исследуем генезис арифметики или
геометрии, то здесь не обойтись без исследования дорациональных форм этих
наук — практики измерения земельных участков, счета на пальцах, абаке и т.
п., а также без соответствующих мифологических и сакральных обрамлений.
По мере все большего абстрагирования, формализации, усиления
спекулятивных моментов в этих науках возрастает степень их рационализации,
что и позволяет, в конечном счете, ранжировать определенные периоды
развития в соответствии с обретенным со временем типом рациональности.
Например, можно говорить об индуктивной стадии рационализации геометрии,
затем о нестрого дедуктивной ее стадии, о более строгом ее логическом
построении по типу «Начал» Евклида и т. д.
С этой точки зрения любопытно рассмотреть типы научной рациональности на
примере
Умар.Ш. был тут !!!!!
 
давайте изгоним мат !!!
 
ДОБРОЙ НОЧИ ОТ Ъ
ЛОКИ ИНО
 
ДМК МЭ
 
где инфааа?